Connect with us

Лайфстайл

История и правила успеха папы киевских пабов Эрика Айгнера: «Украинцы умеют работать, только – по-другому»

Опубликовано

,

Немец Эрик Айгнер – культовая фигура Киева конца 1990-х – начала 2000-х годов. Его бары – «44», «У Эрика», «111», «Орех», «Блиндаж», «Виола» – по праву считались одними из самых популярных в столице. Невероятно свободная атмосфера, концерты рок-групп, маленькие и большие фишки – всё это делало заведения Эрика по-настоящему культовыми, а их владельца – одним из самых известных ресторатов Киева.

Увы, после расставания с партнерами, затяжной паузы и попытки вернуться в бизнес Эрик был вынужден уехать из Украины. Некоторые из его заведений всё еще функционируют в столице, а сам Айгнер трудится в Германии в одном из строительных супермаркетов.

Невероятная жизненная история Эрика – в проекте Романа Сулимы «Сублимация».

О КИЕВЕ И ОБ УКРАИНЦАХ

«Киев я выбрал по интересу. Не потому, чтобы вынужден это сделать, а потому, что было хорошее предложение. А еще – чуйка. Просто чувствовал, что здесь очень тепло. Я пришел или приехал, прилетел и влюбился. Сентябрь. Мяу-котик такой. 4 сентября. Я никогда не забуду эту дату. И просто вдохновился. Москва – это молох. Это такой слишком большой город. И люди очень жесткие. Можно сказать, к сожалению, неприветливые. Всё бизнес. Даже спустя год, когда меня там уже не было, но периодически приходилось приезжать по работе (там штаб-квартира была), каждый раз чувствовал эту жесткость, что люди стали противные.

Украинцы умеют работать, только – по-другому. Просто здесь работа больше мотивируется из-за переживаний. Люди учились переживать, потому что деньги здесь нелегко зарабатываются. В Германии – всё стабильно. Не надо думать, ты получаешь каждый месяц свои деньги. А здесь… Ты не знаешь, что будет завтра. Ты живешь на эдакой бочке с динамитом.  И не факт, что раз у тебя сегодня хорошо, завтра будет так же. Поэтому всё понятно: любым способом человек пытается выживать. Это не негативный контекст, просто в Украине люди более жизнеспособны, чем в Германии.

Киев – это место, где я люблю отдыхать. Приехав сюда, по старой инерции сразу пошел на Крещатик, Андреевский спуск. Подол очень люблю. Здесь своя аура. Она именно душевная, я ни о чем не думаю, просто отдыхаю».

О ПЕРВЫХ ЗАВЕДЕНИЯХ

«В принципе называли «Бар у Эрика». А на самом деле назывался он «София», потому что находился на улице Софиевской, –  Софиевская, 7. Реально тогда это была для многих украинцев экзотика. Говорят, что там стоят кореянка, немец: типа – хозяева, сами обслуживающие гостей. Стульев катастрофически не хватало. Все сидели еще и на ящиках, на бочках пивных. И в этом прикол был.

Это был убитый подвал, просто куча мусора. И мы тогда вывезли 40 грузовиков мусора. Это была инновация для этих мест серьезная. Меня так и называли – Король Подвалов, так как мы первыми были, кто нашел себя именно в подвалах. Никому они не нужны были.  Сначала продавали оболонское пиво, потом сменили на черниговское. Были и более дорогие сорта, но все почему-то пили местное. Среди самых хитовых блюд были шампиньоны во фритюре. Это придумка Саши – моего шеф-повара. Он где-то это увидел и предложил.

Сегодня не знаю, сколько стоит открыть заведения типа наших. Раньше мы строили… по-моему, это было $1 000 за квадратный метр, 100 метров – $100 тысяч. Все – под ключ, бери и работай. Когда заведение выходило в ноль? У меня – за три месяца. Опять же, только могу о себе говорить, не за других. У меня даже если не в ноль бар выходил, то в третий месяц приносил уже прибыль. Но это было в другое время».

О ПЕРВОМ И ПОСЛЕДНЕМ МАЙДАНАХ

«Первый я воспринял, как падение Берлинской стены. У меня был очень хороший знакомый, Тарас Логинов, тогда – комендант палаточного лагеря. Мы как-то общались, спрашиваю: «Чем могу помочь?». Он говорит: «Вроде бы всё есть, но горячего не хватает». «Всё, понял», – отвечаю. И мы каждый день туда носили 200 – 300 порций.  Я реально тогда эту идею принял, пока она не сломалась. Ну и друзья мои – то же. Я действительно хотел чем-то помочь, уважая  тех людей…

Второй – Евромайдан, если одним словом, ужасно, конечно. Свыше 100 человек потеряли жизни. Я считаю, это сплошной обман. Опять же, люди, не агрессивные, добрейший народ – украинцы, который туда идет и готов сидеть на баррикадах… Надо как бы уметь вести политику. Я всегда говорил, что у меня есть немецкий паспорт, но он там в сейфе лежит спокойно, и я не хочу его использовать. А пришлось в 2014 году из-за того, что ко мне пришли люди и сказали: «Чувак, надо помощь». Я говорю: «Мне не надо помощь». Они снова: «Надо помощь». Я понял, что опять попал в 90-е годы. Да. И поскольку дочка… Сказал, что всё. И решение уехать принял за три недели».

О СВОИХ ЗАВЕДЕНИЯХ В УКРАИНЕ

«У меня не было именно любимого заведения. Были – успешные, были – самые успешные. В Киеве – это «111». Но я любил все, потому что вложил туда свою душу. Если не любить – лучше не открывать. В отношении денег я – реальный пофигист, никогда ими не интересовался так сильно, как идеей.  Идея – это первое, что меня всегда приводило к какому-то делу, а деньги – потом. Когда «111» закрыли – самое успешное в денежном плане заведение, мы несколько мест потом смотрели, но я сказал: «Всё, не получится, мы не сможем повторить». Если бы интересовали чисто деньги, то, конечно, пытался бы что-то сделать. Но это уже нельзя повторить».

О КОНКУРСЕ КРАСОТЫ

«Мы в принципе две недели из 300 девочек выбирали. И из них 15, которых мы отвезли уже в Кончу-Заспу. Ну при этом все честно. Все делали, очень профессиональный лагерь был. За две недели обучили девочек. И вот опять, знаешь, подход у меня был творческий. И техника тоже, понятно. Сережа Кодацкий провел тоже свои курсы по флейрингу. Но самое главное, чтобы актерское мастерство, йога, театральное… Ну чтобы девочек раскрыть. У меня уже, к сожалению, нет фотографий, когда мы их снимали «до» и «после». На день открытия были стилисты, парикмахеры. Красавицы! Просто со своим характером вышли».

СОВЕТЫ

«Очень важно было, чтобы конкретная концепция была. Когда у меня спрашивают совета, говоря «мы хотим открыть бар», задаю вопрос в ответ: «А что вы хотите?» Они: «Ну, бар». – «Как «бар»? Что «бар»?».  Надо же какую-то идею. Что-то конкретное».

О ДРУЗЬЯХ

«Друзья – это, вообще, такое… Есть поговорка: друзей у тебя столько, сколько пальцев на одной руке, и то два – можно отрезать. Знакомых – много. А недавно, можно сказать, увидел, сколько у меня друзей в Киеве. Ровно 10, ну, девять со мной. Это люди, которые спокойно могут сказать: «Да, мы хотим с тобой встретиться». И при этом без планирования. И это приятно. Так что всё хорошо, я доволен».

О СВОЕЙ НЫНЕШНЕЙ ЖИЗНИ

«Когда вернулся в Германию, я пытался найти работу, чтобы заниматься любимым делом. Год работал барменом. А потом хозяйка бросила бизнес, и я обрадовался: всё, опять свой бар. Но очень тяжело одному работать. В Киеве у меня работники были, а там рабочая сила очень дорогая. И я фактически семь дней в неделю работал. Да, по 15 часов: 12 – за баром плюс закупки, плюс бухгалтерия. В среднем 100-часовая рабочая неделя. И налоги в Германии на самом деле очень большие. В Украине есть тема, что можно договориться. А там – всё четко, всё плати. Три года держал этот бар, потом в 2017-м осенью стало плохо со здоровьем. Я, конечно, не признавал этого: «Всё хорошо, это временно». И в конце февраля попал в больницу. Было три недели, чтобы подумать, и принял решение, что с ресторанным бизнесом закончено. У меня план был, не знаю, почему интуитивно, наверное, решил, что это будет строительный супермаркет. Не могу сказать, почему. Ну, чего-то нового хотелось просто. Был знакомый, немец, который работал директором в строительном супермаркете. Позвонил ему. «Есть вакансии?». – «Есть». И я переехал с севера страны на юг.

Это именно то, что я могу каждому рекомендовать. Если у тебя кризис, смени полностью обстановку. Будь смелым, и скажи «всё». Сейчас я реально кайфую. Работаю в отделе садоводства, там акваристика еще. Кучу удовольствия получаю. Новые знания. Кайфую».

МАМА

«У мам всегда особое отношение. Так было и 20 лет назад. Помню, первые полгода скрывал, что в Москве работаю, не хотел ее беспокоить. Вот мне звонит мама утром на работу. Смотрю на улицу, там машин нет. Что случилось? Включаю телевизор, а там Белый дом обстреливают. И это в принципе недалеко от меня, у нас на Таганке был офис. Но маме говорил, что еду на ВДНХ. Она спрашивает: «Ты где?». – «Тут, – отвечаю, – на выставке».

Реклама

Trending

Все материалы сайта и журнала PROMAN Ukraine защищены украинскими и международными законами о соблюдении авторских прав. Любое использование материалов журнала возможно лишь после согласования с редакцией. При использовании материалов с сайта proman.com.ua прямая открытая гиперссылка на ресурс не ниже второго абзаца текста обязательна