Connect with us

Персоны

Он носил дырявую обувь и рос на молоке с хлебом, а теперь играет за сборную Бельгии: невероятная история Ромелу Лукаку

Опубликовано

,

В пятницу, 6 июня в четвертьфинале чемпионата мира в России сборная Бельгии сенсационно обыграла команду Бразилии. Наверняка, для каждого из футболистов обеих команд этот матч стал особенным. Но все же, думается, для одного из них – 25-летнего нападающего бельгийской сборной Ромелу Лукаку, который хоть и не забил в этой игре, но отметился голевой передачей — этот поединок был ценою в жизнь. Слишком многое пришлось пройти нападающему, забившему на турнире уже четыре гола, для успеха. Но единственное, о чем он будет сожалеть, это то, что предстоящий матч не увидит его дедушка.

«Я помню тот момент, когда я понял, что мы  сломались. Я до сих пор помню свою маму возле холодильника и ее выражение лица. Я вернулся домой со школы на обед во время большого перерыва. У нас было одно и тоже меню ежедневно: молоко и хлеб. Но ребенком ты даже не думаешь об этом. Просто мне кажется, это было единственное, что мы могли себе позволить, — пишет Лукаку в своей статье для Тhe Рlayers Тribune.

Затем в один прекрасный день я вернулся домой, вошел в кухню, и увидел маму у холодильника с пакетом молока, как обычно. Но в этот раз она что-то смешивала. И потом эту смесь трясла. Я не понимал, что происходит. Затем она принесла мне обед, улыбаясь, как обычно и будто бы все на самом деле круто. Но я понял, что происходит.

Она смешивала воду с молоком. У нас не хватало денег, чтобы ежедневно пить «чистое» молоко. Мы сломались. Мы стали не только бедными, но и сломленными….

Мой отец был профессиональным футболистом, но уже завершал свою карьеру и деньги закончились. Первым стало кабельное телевидение. Больше не стало футбола. Ни одного матча. Нет сигнала…

Затем я возвращался вечером домой и у нас не горел свет. Электричество было отключено. На день, два, три в неделю…

Не было горячей воды, чтобы принять ванну. Моя мама грела чайник на плите, и я стоял в душе, брызгая теплой водой на тело из чашки.

Бывали времена, когда моей маме приходилось «брать» хлеб из пекарни на улице. Пекари знали меня и моего младшего брата, поэтому позволили ей взять буханку хлеба в понедельник и заплатить в пятницу.

Я знал, что мы сражаемся. Но когда мама смешала воду с молоком, я понял, что все кончено. Понимаете, что я имею в виду? Это была наша жизнь.

Я не сказал ни слова. Я не хотел, чтобы она переживала еще больше или расстраивалась. Но, клянусь Богом, в тот день я дал себе обещание. Как будто кто-то щелкнул пальцами и разбудил меня. Я точно знал, что мне делать, и что я собираюсь делать.

Я не мог видеть, как живет моя мать. Просто не мог…

Футбольные специалисты любят говорить о силе воли. Ну, раз так, я – самый сильный парень, с которым ты можешь встретиться. Потому что я помню, как сидел в темноте с моим братом и мамой, произнося наши молитвы и думая, полагая, зная: это произойдет.

Я запомнил свое обещание и сдержал его через длительное время. Но  тогда несколько дней я возвращался домой из школы и видел, как мама плачет. Однажды я сказал ей: «Мам, это изменится. Вот увидишь. Я собираюсь играть в «Андерлехте», и скоро это произойдет. Мы будем богатыми. Тебе больше не придется беспокоиться».

Мне было шесть.

Я спросил отца: «Когда, ты начал играть в футбол на профессиональном уровне?». «В 16», — ответил папа. Ок, значит это должно произойти в 16.

КАЖДЫЙ МАТЧ — ФИНАЛ

Позвольте мне рассказать вам еще кое-что. Каждый матч, в котором я играл, был финалом. Когда я играл в парке, это был финал. Когда я играл на перемене в школе, это был финал. Я был так настроен. Каждый раз, пробивая по мячу, я хотел, чтобы он лопнул от силы моего удара. Только так, на полную мощность. Никакой изящества или техники. У меня не было новой FIFA. У У меня не было Playstation. Я не играл. Я пытался убить тебя.

Когда я начал прибавлять в росте и массе, некоторые учителя и родители стали выделять меня. Никогда не забуду первый раз, когда впервые услышал от одного из взрослых: «Эй, сколько тебе лет? В каком году ты родился?». Что, чувак? Ты серьезно?

Читайте по теме 
Он хотел бросить футбол из-за расизма, а теперь ведет Бразилию к победе на чемпионате мира: невероятная история Паулиньо

Когда мне было 11, я играл за молодежную команду «Льерса», кто-то из родителей одного из футболистов команды-соперницы буквально пытался не допустить меня на поле: «Сколько лет этому ребенку? Где его документы? Откуда он?». Что значит, откуда я? Какие документы? Я родился в Антверпене. Я из Бельгии.

Моего отца не было, поскольку у него не было машины, чтобы ездить на мои выездные матчи. Я был совсем один, и мне пришлось постоять за себя. Я пошел, достал свой ID и отнес им. Я помню, как во мне закипела кровь. «Я собираюсь просто растоптать твоего сына и его команду. Я собирался это сделать и раньше, но теперь я просто уничтожу его. Ты сам заберешь мальчика домой».

ПРОСЬБА

Я хотел стать лучшим футболистом в истории Бельгии. Это была моя цель. Не просто хорошим. Или самым хорошим. А лучшим! Я играл с такой страстью, из-за многих вещей. Из-за крыс, бегающих в нашей квартире. Из-за того, что не мог смотреть Лигу чемпионов. Из-за того, что другие родители так смотрели на меня.

Я был на миссии.

Когда мне было 12 лет, я забил 76 голов в 34 матчах.

Я забил их, нося обув своего отца. Как только размер наших ног стал одинаковым, мы делились ею друг с другом.

Однажды я позвонил своему деду — папе моей мамы. Он был одним из самых важных людей в моей жизни. Он был моей связью с Конго, откуда были мои родители. Я позвонил ему и сказал: «Да, я делаю все хорошо. Я забил 76 мячей, и мы выиграли чемпионат. Большие команды следят за мной».

Обычно дед хотел все узнать о моей игре и расспрашивал меня тщательно и долго. В этот раз все было странно. Он сказал: «Да, Ром. Да, это здорово. Но можешь ли ты оказать мне услугу?»

— Да, конечно. Какую?

— Позаботься, пожалуйста, о мой дочери.

Я помню, насколько смутился и пытался понять, о чем говорит дедушка. «О маме? Да у нас все хорошо. Мы ОК».

Он продолжил: «Нет, пообещай мне. Можешь пообещать мне? Просто присмотри за моей дочерью. Просто позаботься о ней для меня». Я сказал: «Конечно, дед. Я понял. Я обещаю тебе».

Через пять дней он скончался. И тогда я понял, что он на самом деле имел в виду.

Мне грустно и сейчас вспоминать об этом, поскольку я очень хотел, чтобы он прожил еще четыре года, дабы увидеть, как я играю за «Андерлехт». Чтобы убедиться, что я сдержал свое обещание, понимаете? Чтобы он увидел и узнал, что теперь все точно будет ОК.

Я сказал маме, что я сделаю это в 16 лет. Я опоздал на 11 дней.

24 мая 2009 года. Второй матч плей-офф. «Андерлехт» против «Стандарда».

ПАРИ

Это был самый сумасшедший день в моей жизни. Но мы должны отвлечься на одну минуту. Тренер тогда не видел меня в составе, и я подумал: «Как, черт возьми, ты собираешься подписать профессиональный контракт на свой 16-й день рождения, если ты все еще на скамейке запасных в команде 19-летних?».

Тогда я решил заключить пари с нашим наставником. Я сказал ему: «Я тебе кое-что гарантирую. Если ты поставишь меня в состав, я забью 25 голов к декабрю».

Он засмеялся. Правда, он смеялся надо мной.

Тогда я предложил заключить ему пари. Он согласился, но при одном условии: если до декабря я не забью 25 голов, то вновь сяду на скамейку. «Хорошо, ответил я. – Но если выиграю я, ты помоешь все микроавтобусы, которые развозят ребят по домам с тренировки». Он снова дал положительный ответ. Но и это еще не все. «Ты должен будешь каждый день готовить нам блины». «ОК, отлично», — только и сказал тренер.

Это была самая тупая ставку, которую когда-либо совершал человек. Но у меня было 25 голов уже в ноябре. Брат, мы ели блины перед Рождеством.

И пусть это будет уроком всем: никогда не спорьте с мальчиком, который голоден.

ДЕБЮТ

Свой первый профессиональный контракт с «Андерлехтом» я подписал в свой день рождения – 13 мая. Сразу же пошел и купил себе новую приставку и подключил кабельное телевидение. Учитывая, что это было окончание футбольного сезона, последний шаг был странноватыми. Другое дело, что в чемпионате Бельгии в тот год творилось настоящее безумие. «Андерлехт» и «Стандард» закончили сезон с одинаковым количеством очков. Определить чемпиона предстояло в двух матчах плей-офф.

Первый – я смотрел дома, как обычный болельщик.

Накануне второго мне позвонил, тренер дублирующего состава.

— Привет Ром. Что делаешь?

— Думаю пойти в парк поиграть в футбол.

— Забудь. Собирай вещи прямо сейчас.

— Какие вещи? Что я натворил?

— Ничего. Просто ты должен прямо сейчас быть на стадионе. Ты нужен первой команде.

— Ээээ… Как? Меня?

— Да, тебя. Поторопись…

Я буквально вбежал в комнату отца: «Эй, подыми свою задницу, чувак прямо сейчас. Нам надо ехать». «Куда? Зачем?», — удивился отец. «Андерлехт», — только и прокричал я…

Никогда не забуду, как я появился на стадионе. Когда в раздевалку зашел экипировщик и спросил: «Какой номер ты хочешь, малыш», я ответил: «Дайте мне «десятку». Я был слишком молод, чтобы бояться и смущаться.

Он чуть замешкался: «Игроки академии должны брать от 30-го и выше». Я подумал и сказал: «Ок, три плюс шесть равно девять, и это классное чисто. Так что дай мне 36-й».

Читайте по теме 
Еще семь лет назад он работал на заводе, а теперь играет на чемпионате мира: невероятная история игрока сборной Бельгии

Вечером в отеле игроки постарше заставили меня спеть для них песню за ужином, пройдя таким образом обряд посвящение. Даже не вспомню, какую я выбрал. У меня правда кружилась голова.

Следующим утром ко мне домой зашел мой друг, чтобы позвать меня поиграть в футбол в парке. Мама открыла дверь и сказал, что я уже играю. «Где?», — переспросил приятель. «В финале», — ответила мама.

Мы вышли из автобуса на стадионе, и каждый игрок был в парадном классическом костюме. Кроме меня. Я был в действительно ужасном спортивном костюме, и все камеры были направлены на меня. До раздевалки было метров триста. Ну, может, минуты три ходьбы. Когда я вошел в нее, мой телефон начал разрываться: я получил 25 сообщений за три минуты. «Ого! Почему ты на игре?», «Ром, почему тебя показывают по ТВ?» и подобные им.

Единственным человеком, которому я ответил, был мой лучший друг. Я написал ему: «Бро, я не знаю, буду ли я играть. Я не знаю, что происходит. Но продолжай смотреть телевизор. На 63-й минуте меня выпустили на замену. Когда я впервые вышел на поле в матче за «Андерлехт» мне было 16 лет и 11 дней.

В тот день мы проиграли финал, но я все равно был на небесах. Я выполнил свое обещание моей матери и моему деду. Это был тот момент, когда я знал, что буду в порядке.

В следующем сезоне я играл в Лиге Европы и закачивал последний класс в школе. Мне приходилось тащить большую сумку в школу, чтобы днем попасть на тренировку. Мы с большим отрывом выиграли чемпионат, а я занял второе место в голосовании на определение лучшего африканского футболиста года. Это было просто сумасшествие.

Я действительно ждал, что все это произойдет, но не предполагал, что так быстро. Внезапно СМИ создали из меня героя и возложили на меня огромные ожидания. Особенно в сборной. По какой-то причине я просто плохо играл за Бельгию. Это работало.

Но, зато было постоянное: «Давай, давай!». Мне было 17! 18! 19!

БЕЛЬГИЕЦ

Когда дела шли хорошо, я читал газетные статьи, в которых журналисты называли меня бельгийским нападающим Ромелу Лукаку. Когда все было не слишком гладко, меня называли Ромелу Лукаку – бельгийский нападающий конголезского происхождения.

Если вам не нравится, как играю – не вопрос. Но я родился здесь. Я вырос в Антверпене, Льеже и Брюсселе. Я мечтал играть в «Андерлехте». Я мечтал стать Винсентом Компани. Я начну предложение на французском языке, а закончу его на фламандском, вставив несколько испанских или португальских словечек, в зависимости то того, в каком регионе страны мы находимся.

Я бельгиец!

Мы все бельгийцы, что делает эту страну неповторимой, не так ли?

Я не знаю, почему некоторые люди в моей собственной стране хотят, чтобы я потерпел неудачу. Но этого не происходит. Когда я перешел в «Челси» и не играл, я слышал, как они смеются надо мной. Когда меня отдали в «Вест Бромвич», я слышал, как они хохотали.

Но это круто. Эти люди не были рядом, когда в хлопья на завтрак наша семья наливала воду, а не молоко. Если ты не был рядом со мной, когда у меня ничего не было, ты никогда меня не поймешь.

Знаешь, что по-настоящему смешно? Я пропустил 10 лет Лиги чемпионов, будучи ребенком. Мы просто тогда не могли себе этого позволить. Я приходил в школу, все одноклассники рассказывали о финале Лиги чемпионов, а я не знал, что произошло. Я помню, разговор о решающем матче турнира 2002-го года «Реал» — «Байер». «Какая игра, какой гол!». Мне приходилось притворяться, что я знаю, о чем речь.

Две недели спустя мы сидели в компьютерном классе и один из моих друзей загрузил видео из интернета, и я наконец увидел невероятный гол Зидана. Летом я пошел к нему домой, чтобы увидеть Роналдо в финале чемпионате мира. Все остальные впечатления от турнира – то, что я слышал от других детей в школе.

Ха! Я помню, что в 2002-м году у меня была дырявая обувь. С очень большими дырами.

Двенадцать лет спустя я играл на чемпионате мира.

Теперь я играю на своем втором мировом первенстве, и знаешь, что? В этот раз я буду делать все, чтобы вспоминать об этом с улыбкой. Жизнь слишком коротка для стресса и драмы. Люди о нашей команде и обо мне могут говорить все, что хотят.

Чувак, послушай: когда мы были детьми, мы даже не могли увидеть Теьрри Анри в матче дня. Теперь в национальной сборной я учусь у него каждый день.  Я стою рядом с настоящей легендой во плоти, а он рассказывает мне о том, что нужно сделать, чтобы подняться на космическую высоту, как это получилось у него. Тьерри, возможно, единственный человек в мире, который смотри больше футбола чем я. Мы постоянно все обсуждаем. Например, матчи второго немецкого дивизиона. И мне это нравится. «Тьерри, ты видел схему дюсельдорфской «Фортуны?». А он говорит: «Не будет дураком. Конечно».

И это самая крутая вещь в мире для меня. Но я очень хочу, чтобы мой дедушка был бы свидетелем всего этого. Я не говорю об Английской Премьер-лиге. Я не говорю о «Манчестер Юнайтед», Лиге чемпионов или чемпионате мира. Это не то, что я имею ввиду… Я просто хочу, чтобы он был рядом и увидел, как мы живем сейчас. Или чтобы я мог набрать ему  и просто сказать: «Ты видишь? Я говорил тебе об этом. У твой дочери все в порядке. В нашей квартире больше нет крыс. Мы больше не спим на полу. И больше никаких стрессов. Нам сейчас очень хорошо. Очень. И им теперь не нужно больше проверять мой ID. Они знают, как меня зовут…»

Реклама

Trending

Все материалы сайта и журнала PROMAN Ukraine защищены украинскими и международными законами о соблюдении авторских прав. Любое использование материалов журнала возможно лишь после согласования с редакцией. При использовании материалов с сайта proman.com.ua прямая открытая гиперссылка на ресурс не ниже второго абзаца текста обязательна